Церковь и рабство, вчера и сегодня

Нуно да Сильва Гонсальвес SJ

История рабства — мучительная тема, она хранится в памяти у многих народов и продолжает вызывать расколы и противостояния. Надо признать, что христианство веками допускало рабство как явление, присущее большинству обществ. Довольно медленно Церковь приходила к согласию с аболиционистскими движениями.

В статье подчеркнуто, что современное рабство отличается от исторического: находится всецело вне закона и всеми осуждается. Однако обе версии рабства представляют собой посягательство на человеческое достоинство жертвы и умаляют человеческое достоинство эксплуататора. Среди тех, кто осуждает рабство, бытующее в наши дни, Церковь, без недомолвок и колебаний, — в первых рядах.

***

Окинув историю взглядом, мы увидим, что христианство много веков мирилось с рабством как социальным и экономическим явлением, присущим большинству обществ. Христианская мысль допускала рабство в определенных обстоятельствах. Когда работорговля проложила себе дорогу через Атлантический океан, задачей богословов и юристов было точно определить, в каких случаях потеря свободы законна. В XVI веке эту работу проделывали такие мыслители, как Луис де Молина и Томас де Меркадо. Как пишет Папа Франциск, мораль и право постановляли, «кто рождается свободным, а кто рабом, а также при каких условиях лицо, рожденное свободным, может утратить свою свободу или вернуть обратно. Иными словами, само право допускало, что некоторые люди могут или должны считаться собственностью другого лица, могущего по своей воле ими распоряжаться»[1].

В период европейской экспансии, особенно с прибытием в Америку в конце XV века, Церковь защищала свободу коренных народов. Тому пример — папа Павел III с буллой Sublimis Deus от 1537 года и такие пастыри и миссионеры, как доминиканцы Антонио де Монтесинос и Бартоломе де Лас Касас в испанской Америке и иезуиты Мануэл да Нобрега и Антониу Виейра в португальской. Что касается рабства африканцев, Церковь приняла его легче, ограничиваясь пастырским попечением и требованием соблюдать право и мораль той эпохи и предоставлять достойные условия жизни. В числе причин этого принятия, наряду с юридическими и моральными аргументами, — констатация того факта, что Африка знала рабство до прибытия европейцев и поставляла рабов в арабский мир. Тем не менее надо ясно признать, что прибытие европейцев и трансатлантическая работорговля с поставкой рабочей силы в Америку преумножили спрос на рабов и соответствующее предложение в стратегических точках африканского побережья. Европейский спрос на дешевую рабочую силу привел к росту вражды между африканскими народами, чьи вожди не остались равнодушны к перспективе торгового обмена с европейцами[2]. В этих обстоятельствах не вызывал смущения тот факт, что на разных континентах многие церковные учреждения применяли рабский труд на дому и в поле. И не удивляет, что радикальные голоса в защиту свободы оставались в одиночестве и пренебрежении. Впрочем, учитывая светлые и темные стороны, мы можем сказать, что в долговременной перспективе христианство внесло вклад в постепенное развитие признания достоинства за каждым человеком и тем самым поучаствовало в медленном движении, которое привело в течение XIX века к отмене работорговли, а затем и рабства как такового[3].

В XVIII и XIX веках, когда распространялись аболиционистские идеалы, мотивация была гуманистическая и религиозная, а также политическая и экономическая. Напомним, что на Венском конгрессе (1814–15), когда Соединенное Королевство надавило на европейские страны, требуя ликвидировать работорговлю, Святой Престол поддержал британцев. Спустя несколько лет, в 1839 году, был издан важный документ In Supremo, в нем Папа Григорий XVI высказался против всех без исключения форм торговли людьми[4]. Так углублялся процесс, который, в том числе внутри Католической Церкви, привел к росту осознания того, что у всех людей — одинаковое достоинство. Несмотря на это, в 1866 году Конгрегация вероучения, явно идя против течения, все еще защищала допустимость рабства в некоторых обстоятельствах: «услужение, рассматриваемое само по себе и в абсолютном смысле, не противно естественному и божественному праву»[5]. Чтобы снова услышать ясное папское высказывание против рабства, пришлось ждать 1888 года, когда Лев XIII адресовал бразильским епископам энциклику In plurimus. В ней понтифик, после продолжительного исторического экскурса по учению Церкви, рекомендует епископам сотрудничать с государственной властью в процессе отмены рабства, названного «позором», «чумой», «пагубной язвой» и «гнусной торговлей людьми»[6].

Поскольку речь идет о вкладе Католической Церкви в борьбу против рабства, следует упомянуть об усилиях многих европейских миссионеров, прежде всего в Африке. Показательна в этом отношении деятельность кардинала Лавижери, архиепископа Алжирского, с его кампанией за отмену рабства в Африке. Впрочем, о том, что развитие христианской мысли о рабстве было долгим и медленным, свидетельствует тот факт, что только в 1888 году рабство отменила Бразилия, последняя крупная католическая страна, освободившая рабов, проживавших на ее территории, тогда как экспорт невольников подвергся запрету намного раньше, в 1830 году[7].

Такая мучительная тема, как история рабства, хранится в памяти у многих народов. Да, мы лично не отвечаем за минувшие события, в которых не участвовали. Однако мы наследники истории, продолжающей оказывать влияние, на личном и коллективном уровне. А потому, как это происходит на индивидуальном уровне, так и на коллективном мы призваны принять свою историю и признать, что в ней есть светлые и темные страницы. Так мы отдадим себе отчет в том, что история народа может содержать в себе раны, до сих пор не зажившие, и они вызывают расколы и противостояния. Эти раны нельзя скрывать: их надо признать, принять и, насколько возможно, лечить. Христианская мысль, отвергая попытки отрицать, фальсифицировать или манипулировать, участвует во многих процессах прояснения памяти. Такие процессы могут включать в себя призыв просить прощения и прощать: эти жесты помогают восстановлению и исцелению, хотя мы знаем, что личная вина не передается по наследству. Та же христианская мысль, стараясь восстановить память — то есть собственную идентичность, — цитирует ясные и настоятельные слова Христа: «истина сделает вас свободными» (Ин 8, 32).

Рабство, существующее в наши дни, отличается от исторического, поскольку находится всецело вне закона и всеми осуждается. Объединяет эти два извода рабства то, что оба представляют собой посягательство на человеческое достоинство жертвы и умаляют человеческое достоинство эксплуататора. Если говорить об осуждении современного рабства, то тут Католическая Церковь, без недомолвок и колебаний, в первых рядах, о чем свидетельствуют высказывания последних понтификов и в частности настойчивость, с которой Папа Франциск возвращается к этой теме[8]. Например, в послании ко Всемирному дню мира 2015, под названием Уже не рабы, а братья, Папа утверждает: «Хотя международное сообщество заключило множество соглашений, чтобы положить конец рабству во всех его формах, и разработало целый ряд стратегий борьбы с этим явлением, по сегодняшний день миллионы людей — дети, мужчины и женщины всех возрастов — лишены свободы и вынуждены жить в условиях, подобных рабским»[9]. За осуждением со стороны Учительства следуют многочисленные конкретные инициативы местных Церквей, институтов посвященной жизни и разнообразных церковных организаций[10].

Отменить современное рабство, торговлю людьми и принудительный труд — нравственная задача, требующая неотложных и четких ответов. Чтобы противостоять подспудным экономическим интересам — речь идет о невообразимых цифрах! — нужны отважные совместные усилия международных организаций, государств, религий и отдельных граждан, ради защиты человеческого достоинства в любых обстоятельствах. Помимо эффективных законов, бдительности и мер пресечения, требуется работа по целостному человеческому развитию, то есть борьба с корнями чудовищной трагедии, на которую нельзя закрывать глаза[11]. В ответственности за эту трагедию — в отличие от исторического рабства — мы не можем отрицать своего личного участия.

***

ПРИМЕЧАНИЯ:

[1] Франциск, Послание к XLVIII Всемирному дню мира, 1 января 2015 г., № 3.

[2] Ср. J. K. Thornton, L’Africa e gli africani nella formazione del mondo atlantico: 1400–1800, Bologna, il Mulino, 2010.

[3] Ср. N. da Silva Gonçalves, «Escravatura», в Dicionário de História Religiosa de Portugal, diretto da C. M. Azevedo, vol. II, Lisbona, Círculo de Leitores, 2000, 160–162.

[4] Ср. R. Reggi — F. Zanini, La Chiesa e gli schiavi. Testimonianze e documenti dalla Bibbia ai nostri giorni, Bologna, EDB, 2016, 219-223.

[5] Там же, 224.

[6] Там же, 225.

[7] Ср. J. P. Marques, Escravatura. Perguntas e respostas, Lisbona, Guerra & Paz, 2017, 103. О работорговле важная информация содержится на сайте www.slavevoyages.org/, в частности представлены карты и базы данных.

[8] Ср. «Giornata schiavitù, il Papa: lavoriamo perché nessuno renda schiavo un altro», www.vaticannews.va/it/papa/news/2022-12/papa-francesco-giornata-internazionale-abolizione-schiavitu-onu.html

[9] Франциск, Послание к XLVIII Всемирному дню мира, 1 января 2015 г., № 3.

[10] Ср., например, P. Lah (ed.), Talitha Kum 2009–2019. Analysis of the Structure and Activities of the International Network of Consecrated Life against Trafficking in Persons. A research report, Roma, Gregorian & Biblical Press, 2019.

[11] Согласно докладу, опубликованному в 2022 г. Всемирной организацией труда, Walk Free и Международной организацией по миграции, в 2021 г. 50 миллионов человек находились в рабском положении: ср. www.ilo.org/global/topics/forced-labour/publications/.WCMS_854733/lang—en/index.htm/ О Церкви и рабстве в наши дни, см. D. Hollenbach, «Le risposte della Chiesa alla schiavitù moderna: forza e umiltà», в Civ. Catt. 2022 III 512-523.